Падения Бывают разные...

   Мое самое эффектное падение выглядело так. Крым, попытка прорваться через горы из Старого Крыма на Щебетовку с пассажиркой и барахлом давно неезженой лесовозной дорогой. На примерно 40-ка градусном склоне мотик закапывается в толстый слой прелых листьев. Вместо того, чтобы уложить его и успокоиться, откручиваю газ, и колесо таки докапывается до камней. В результате исполняется подъем-переворот через заднее колесо! Товарищ, который наблюдал это шоу сзади, потом признался, что его первая мысль была: что делать в горах с двумя трупами и лишним мотоциклом? Самое интересное, что все обошлось разбитым зеркалом, слегка лопнувшим задним крылом, и в очередной раз пожмаканым номером. Я тройным кувырком скатился к подножию, а жена огребла мотиком по ноге, но даже не почувствовала это. С тех пор и до развода не задавала вопросов, зачем я заставляю ее ездить в этих ужасных, неудобных и совершенно неэлегантных космоваленках (так она называла кроссовые боты).
Olexa.

  Ранняя весна. Тихое воскресное утро. Я в рабочих рукавицах, телогрейке, занимаюсь вечной уборкой во дворе дома. Дочка с мячиком играет на улице. Собака весело скачет вокруг меня. «Мама идет!» – кричит дочка. Выглядываю – в конце улицы, неторопливо помахивая сумкой, идет улыбающаяся жена, ходившая в супермаркет за «вкусненьким» к воскресному обеду. Меня охватывает игривое настроение. Бегу в гараж и выкатываю любимую, наполированную Honda-Dio AF-34 старшего сына. Вылетаю на улицу и под улыбающимися взглядами соседей, вышедших покурить после завтрака, устраиваю джигитовку – трогаюсь с пробуксовкой, поворачиваю с заносом, торможу с отрывом заднего колеса. Моя любимая, улыбаясь, приближается к дому. Дочка с подружкой стоят возле калитки. Возле них на верхушке деревянного забора, уютно поджав лапки, дремлет наш котик. Я выполняю пришедший в голову финт: с ревом обгоняю жену и мгновенно торможу возле самой калитки... Дальнейшее можно восстановить только по частям... Помню мячик, падающий из разжавшихся рук дочки. Расширенные зрачки кота вплотную к визиру шлема. Мысль – «хоть бы не в дом!». Грохот сетки-рабицы соседского забора по шлему. Помню себя, стараясь не хромать, торопливо катящего скутер в гараж и старательно укрывающего его брезентом. Быстро собираю осколки пластика и прячу под виноград. Осторожно выглядываю из-за угла дома и через огромную дырищу в заборе вижу стоящую жену, валяющиеся возле ее ног сумки, дочку, кричащую: «Папа убился!», встревоженно собирающихся соседей и весело прыгающую собаку, понявшую, что это все придумано для того, чтобы с ней поиграть....

   А было все просто, как всегда: когда я хотел сбросить газ, рабочая рукавица зацепилась за рычаг тормоза, и я на полном газу и заднем колесе влетел в деревянный забор (хорошо, что не в железную калитку), попал и узкую (полтора метра) щель между домом и соседским забором, попал передним колесом в виноградный корень, зад подняло и перебросило вперед (на стене осталась полоса oт заднего брызговика). Вот так. Мотор не заглох, разлетелся внутренний пластик (тот, где перчаточный ящик), передний пластик целый. Подробности разговора с домашними опускаю… Сын в частности сказал, что мне пора прекращать активную мотожизнь, а для удовлетворения амбиций он мне поставит красивую заставку с мотоциклом на мобильный телефон. Хромал я еще неделю, больше ничего серьезно не повредил – видно, тому, кто ведет нас по жизни, я еще зачем-то нужен... А котик вернулся домой только через два дня.
Semver.

   Спортивный лагерь для школьников, 80-е. Около домика тренера стоит мотоцикл – новый «Восход-3М», а его самого рядом не наблюдается. Как и любые дети, мы увлекались техникой. У Женьки, моего друга и товарища по несчастью, был такой же мотоцикл. Поэтому он в три секунды проделал операцию по поднятию иглы в карбюраторе и отсоединения замка зажигания (для несведующих – это все равно, что вывернуть газ до упора, и при этом мотоцикл от ключа не глохнет. И пошли дальше с чувством выполненного долга. Вечером, после отбоя, мы ждали, когда же он уедет, дабы смыться купаться, и вот Викторыч вышел из домика прокатиться. Дежурный по его группе был некий Андрей, вечно все про нас закладывающий. Мы же напрочь забыли про мотоцикл. И вот Викторыч (у которого стаж на мотоцикле дней эдак пять), дернув пару раз его, заявляет: «Андрей, что-то не пашет!». «Судя по запаху бензина – перекачал!», – говорит Андрей. Так как лагерь находился на горе, он принимает довольно простой выход – «Давай с толкача под горку!». Викторычу идея понравилась. И вот, воткнув сразу третью (дабы колесо не скользило), он разгоняет его и орет: «Бросай сцепление!»...

   Дальнейшее вспоминать до сих пор без слез не могу... Раздался ужасный рев, и через секунду из-под горки показался Викторыч, летя на мотоцикле, как комета, и пытаясь его перекричать. При этом он умудрялся пробовать поворачивать замок зажигания. Надо заметить, что внизу, метров через 250, было почти высохшее озеро, где постоянно отдыхали коровы... Там было все в грязи, коровьем говне, и вдобавок, все истоптано... И вот Викторыч, летя как метеор к озеру, попадает на кочки, слетает с мотоцикла, падает, затем, весь в грязи и дерьме, бежит назад с истошными воплями: «С толкача? Я вам, е-п-р-с-т, покажу с толкача!». Он, наверное, три сотни метров умял с олимпийским рекордом. Никогда не видел, чтобы с такой скоростью бегали на дороге с препятствиями! И никогда не знал, что запах дерьма так долго не выветривается…
Игорек.

    Катаемся по Турции с моей девушкой. А они, турки, гады: и на нее (девушку), и на мотоцикл заглядываются. А мотоцикл у меня новенький такой, сверкающий круизер. Но если девушку я от себя далеко не отпускаю, то что надо сделать, чтобы мотоцикл не «увели»? Короче, пользуемся всеми средствами «защиты»: сигнализация, стояночный трос, замок для блокировки колеса… И вот как-то утром, решили мы прокатиться по побережью. Маринка накрасилась, две косички заплела, взгромоздилась на заднее сиденье, и туркам, высыпавшим на улицу, глазки строит. Я, естественно, злой, понимаю, что они между собой на своем языке нас обсуждают, и хочу побыстрее уехать. Снимаю стояночный тормоз, укладываю его в кофр, шлепаю Марину чуть пониже спины, завожу мот, газую, и… И ровненько так падаем на бок… Блин, забыл с диска блокиратор снять! Турки гогочут, но бросаются нас дружно поднимать… Кстати, после такого «убойного» падения узнал о себе много интересного… Два года прошло с тех пор, но каждый раз, когда мы садимся на мотоцикл, Марина напоминает мне об этом позоре…
АлРос.

Рисунок: Анатолий Еремеев Designer