Дорога длиною в жизнь...

   Практически без подготовки, в 22.30 из города Гайсина, в крымском направлении выехало, недовольно урча, (дождь, как никак!) двухколесное произведение китайского мотопрома. Кстати, весьма недурного внешнего вида (хотя черный цвет не особенно заметен ночью или при плохом освещении), он издавал выдающие его неблагородное происхождение звуки из своих глушителей. На нем гордо восседал мотоциклист, одетый в черный комбинезон. «Коня», объемом 200 см3 звали «Мустанг», а мотоциклиста – ВЕДЬМАК…

   За оказанные помощь и содействие при подготовке поездки и во время таковой, хочу поблагодарить Макса (ANGEL), Петровича (HALK), Виталю (DERIK), Сашу ХУДОЖНИКА, Сашу (JEEP), Сашу (БОЦМАН) и всех «клубней» из МС «Angels of the roads» (Гайсин), Ваню Янчишина из Скадовска.
   Отдельную благодарность байкеру из Одессы – Валентину (JORDAN), сайту «Motoua» и его администратору – Андрюхе (ГРУЗ), и всем, кто мысленно был со мной в пути. Спасибо любимой жене за ее терпение и понимание.

   При выезде из Гайсина, у оператора АЗС «глаза на лоб вылезли», когда услышала в ответ на свой, с подковыркой вопрос: «Ну, и куди це ми в такий дощ?» – честный ответ: «В Скадовск». Заправившись под завязку, и гордо «пукнув» выхлопом, мот выехал и, освещая себе путь слабенькими «китайскими» глазенками, двинулся в сторону Умани. Но уже через пару десятков метров пришлось остановиться. Стекло изнутри шлема запотело до нулевой видимости, а открыть его одной рукой не получалось. Вспоминая про себя всех родственников разработчика данного китайского «защитного средства», включив правый поворот, мотоциклист остановился у края обочины и, приподняв стекло, двинулся дальше. Дождь заливал глаза...
   «Ну и классно. Зато хоть умоет. Не люблю умываться» – успокаивал себя такими мыслями мотоциклист, еще несколько раз останавливаясь по той простой причине, что идущий навстречу транспорт упрямо игнорировал его «просьбы» переключиться их на ближний свет. Спустя час с небольшим грязный мот и его наездник остановились на уманском базарчике, чтобы попить «кохвею» и выкурить «Мальборину». Выпив горяченького и достав помятую пачку, мотоциклист обратил внимание, что торгаш что-то усиленно пытается ему показать, мимикой указывая за спину байкера. А там… Две машины ДПС заблокировали мотоцикл сзади и спереди. Опустив стекла, «гайцы» усиленно пытались выяснить, кому может принадлежать данная техника...
   «Фигасе… – чертыхнулся про себя мотоциклист, – еще вас тут не хватало...». Но так как путь предстоял неблизкий, ждать, когда «стражи дорог» соизволят убраться, было некогда. Подойдя к своему мотоциклу, байкер недовольно буркнул:

– Ну, и как мне ехать, по капоту?

– А с документами все в порядке, чтобы ехать?

– Так еду же, значит нормально.

Данный диалог происходил с сопливым лейтенантиком лет 23-х, который пытался «просчитать» ВЕДЬМАКА, не выходя из авто, через слегка приспущенное стекло.

– И что, можешь показать? – не унимался «гаец».

– Выйди и проверь, – обозленный такой непредвиденной задержкой мотоциклист начинал нервничать. Так как с доками было все нормально, и была даже страховка, бояться ему было нечего.
   Неизвестно чем бы закончилась эта перепалка, но в это время открылась дверь «гайской» машины и оттуда вылез капитан. Неизвестно почему, но какое-то внутреннее чутье подсказало, что появившееся новое действующее лицо не испытывало к нему неприязни, и поэтому ВЕДЬМАК немного успокоился.

– Куда едем?

– В Скадовск.

– В Скадовск, – повторил капитан, рассматривая с явным интересом мотоцикл.

Потом до него явно дошел смысл сказанного.

– Куда? В Скадовск?! В такую погоду?

– Надо командир, с батей плохо. Надо ехать.

– Откуда едешь?

– С Ладыжина.

– Хороший, наверное, батька, раз тебе плевать на погоду…

– Хороший.

– Да... Мой бы не поехал...

– Чего? – не понял ВЕДЬМАК.

– Замерз? – не ответив на вопрос, спросил капитан.

– Да не успел еще...

– Стой тут, я сейчас, – и ГАИшник пошел в сторону торгашей. Спустя пару минут он появился с одноразовым стаканчиком горячего кофе.

– На, согрейся.

Что-то клубком подкатило к горлу ВЕДЬМАКА, и он никак не мог его проглотить... Не первый десяток лет он колесил по дорогам, но подобное отношение к себе встретил в первый раз.

– Спасибо… – еле выдавил он из себя.

– А с отцом чего? – спустя минуту спросил капитан.

– Инсульт. Парализовало правую сторону. Отняло речь.

– Ну ничего, увидит сына – пойдет на поправку.

– Ага. А у вас закурить не будет, а то как-то не рассчитал, и свои закончились. А здесь говорят, что нет.

– Есть у них все. Увидели нас, и не продают. Боятся. Куришь какие?

– «Мальборо». Красные.

   ГАИшник развернулся опять, и уже во второй раз пошел к торговым палаткам. Вернувшись, протянул пачку сигарет и, открыв дверь в авто, сел ногами наружу и закурил. Выкурили свои сигареты молча, каждый думая о своем.

«Да, наверное, сын у тебя еще тот кадр»… – подумал байкер, и вслух сказал: «Ну чего, командир, я могу ехать?»

– Давай, счастливого пути. И осторожней там, дождь, дорога скользкая. – И, помолчав пару секунд, добавил: «и батя ждет»…

   Спустя пару минут только исчезающие вдали огоньки указывали на авто «гайцев», но ВЕДЬМАК уже знал, что встречу с этим ЧЕЛОВЕКОМ он не забудет никогда.
   Следующие 36 км были просто раем. Одностороннее движение, широкая полоса, практически пустая трасса – чем не рай для мотоциклиста? Если бы не одно НО... Дождь. Проклятый дождь. Он не давал в полной мере насладиться ездой, заливал глаза... И ветер. Шквалами он бросал мотоцикл из стороны в сторону, и поэтому постоянно приходилось руки держать в напряжении. А за рулем встречного транспорта упрямо не желали переключаться на ближний свет… Несколько раз пришлось полностью останавливаться из-за невозможности продолжать движение.
   «Наверное, я за всю жизнь матерился меньше, чем выдам за поездку туда и обратно» – неоднократно думал ВЕДЬМАК. Средняя скорость не выходила за 35-40 км/ч… Первую серьезную ошибку байкер допустил уже практически за пару сотен метров до въезда в Первомайск. Ослепленный в очередной раз, он не сбросил скорость как обычно, а наоборот, прибавив обороты, решил как можно быстрее проскочить очередного «слепящего», ориентируясь по габаритам идущей впереди фуры. Сосредоточив взгляд на красных огоньках, он попросту не заметил огромной ямы прямо посреди полосы, и на скорости 60 км/ч влетел в нее. Китайская вилка, издав жалобное «нафига?» со всего маху влепилась в неотличающийся прочностью обтекатель. Круглые (натур-продукт!) анатомические принадлежности ВЕДЬМАКА, находящиеся между ног, впечатались в бак с такой силой, что впоследствии, не обнаружив характерных вмятин на баке, он был немало удивлен. Вой, который раздался сразу же после удара, был гибридом орущего Кинг-Конга и дракона при условии, что их связали тем местом, коим ударился мотоциклист, и сразу же после этого они рванули в разные стороны...
   Как следствие удара – небольшая трещина в диске заднего колеса и сильная боль у мотоциклиста. Остановившись на обочине, содрав шлем и задрав голову к луне, ВЕДЬМАК полностью оправдал свое прозвище. Жуткий вой раздался по округе, да такой, что собаки в окружающих селах попрятались в будки, а бабки начали креститься, при этом, повторяя: «свят, свят». Сделав (насколько это доступно в мотокомбинезоне) массаж пострадавшего места, байкер продолжил движение, поскуливая на каждом ухабе. Остановился сразу после въезда в Первомайск у автомашины, которая была явно не на ходу, имела винницкие номера и деда-водителя.

– Дед, помощь нужна?

– Зубило надо, и молоток, – не поднимая головы и так и не выглянув из-под заднего правого крыла, ответил тот.

– Так есть, могу дать.

   Дед вылез из-под крыла, и уже с интересом посмотрел на предлагавшего помощь мотоциклиста. Потом кивнул в сторону спущенного колеса и, как бы оправдываясь, сказал: «Вот, отдал в ремонт. Сделали...». И добавил словцо, имеющее прямое отношение к нашей Верховной Раде, и, возможно, немного к Боре Моисееву.

– Заклепали, видишь, ступицу кувалдой, а я теперь не могу снять. Поможешь? – и дедуля с надеждой посмотрел на ВЕДЬМАКА.

– Помогу, может и ты остановишься когда-то у мотоциклиста, – усмехнулся он в ответ.

– Теперь остановлюсь, ей Богу остановлюсь! Ни одна зараза на машине не притормозила... А ты стал. И я стану.

Через 20 минут колесо было снято, и на его место установлена «времянка».

   Дождь тем временем прошел, и из-за рваных туч изредка стала пробиваться луна.
«Ну и славно! Хоть легче ехать будет теперь…», – подумал байкер и мотоцикл рванул в южном направлении. Под Южноукраинском опять начал моросить мелкий дождь, заставивший сбросить скорость и двигаться «чуть быстрее черепахи».
«Ну и ладно, – успокаивал себя ВЕДЬМАК. – Тише едешь, дальше будешь».

   Чтобы хоть чем-то себя занять, он начинал петь то одну, то другую песню. Так незаметно летели километры, и все было бы ничего... Но упрямо не желавшие переключать дальний свет на ближний водители вызывали у ВЕДЬМАКА дикое желание остановиться, набрать горсти щебня и «салютовать» в стекло несущихся мимо «консерв». Особенно взбесил случай в населенном пункте под названием Ракове. Узкие, и без того затруднявшие движение улочки с бесконечными спусками, подъемами, поворотами, с несущимися навстречу авто с дальним светом, превращали ночное село в нечто подобное шоу по Роберту Шекли «Игра на выживание», где каждый так и думает: «Как бы сделать так, чтобы он вылетел с трассы?». Входя в довольно затяжной, идущий под уклон поворот, мотоциклист мигнул идущему навстречу авто.
   «Ну, хоть один человек нормальный», – подумал ВЕДЬМАК, когда свет моментально поменял режим. Когда до разъезда между ними оставалось около 50 метров, на идущем джипе, помимо штатных, на всю свою мощь резанули глаза дополнительно установленные на крыше фары. Моментально ослепнув и потеряв ориентировку, мотоциклист сбросил газ и надавил на тормоза. В момент полной остановки, мимо, сбросив скорость, прокатил громадный джип, а из него гнусавым голосом «а-ля Пенкин» донеслось что-то нехорошее про байкеров… Офигевший от такого скотства, мотоциклист потихоньку тронулся дальше. Спустя несколько километров история практически повторилась. Но, уже ожидавший от громадных джипов подобной гадости, ВЕДЬМАК заблаговременно принял вправо к краю обочине и остановился. Из проезжавшей мимо громадины в сторону стоявшего мотоциклиста донеслось дикое ржание…

Километра через 1,5 на трассе стояла фура с включенными габаритами и выставленным знаком аварийной остановки.

– Батя, помощь нужна?

– Тю, е... твою мать! Свои не стали, а тут на дырчике...

Внутри у байкера червячок закрутился, и заквакала от обиды жаба. Его «Мустанга» обозвали дырчиком!

– Чего случилось?

– А, колесо спустило, – и пожилой шофер начал рассказывать ВЕДЬМАКУ о том, что где-то накрылся какой-то клапан, и он не может подкачать колесо, вдобавок потерял в темноте какую-то «хренотень», а без нее соскакивает шланг, и что стоит он тут уже довольно долго, а за рули тягачей сейчас насажали сопляков, которые и не подумают остановиться, а вот раньше... Слушая разговорчивого водилу, байкер держал шланг руками от компрессора, а шофер ковырялся с другим концом, нагнетая воздух в ресивер для хлопка в колесо. Спустя минут 20 тот, довольно потирая руки, вылез из-под крыла:

– Готово, можно ехать.

   Практически до самого Николаева громадный «Freightliner» ехал сзади байка, как огромный крейсер. Если кто-то не хотел переключать режим света, всего лишь на пару секунд огромная машина «делала нервы» непослушным, врубая всю свою световую мощь и показывая, кто на трассе «хозяин». Километров за пять до съезда на объездную в сторону Херсона, автопоезд, проревев гибридом паровозного и пароходных гудков, помигав на прощание светом, включил правый поворот и свернул на ведущую в село дорогу.
   Остановившись, ВЕДЬМАК закурил и посмотрел на часы. 5ч 13 мин. «Скоро будет светать. Значит, на Херсонскую трассу с объездной я выеду уже засветло», – и, открутив ручку газа, мотоциклист направил его дальше, навстречу рассвету. Объездная оказалось с покрытием далеко не самого лучшего качества, и очень сильно напомнила мотоциклисту отрезок дороги Умань – Гайсин. Небо постепенно светлело, и звезды начали тускнеть и гаснуть – поднималось солнце, вымытое до блеска за две недели непрерывных дождей. Настроение постепенно улучшалось, двигатель приятно урчал, машин на трассе практически не было – идеальные условия для поездки. Весь этот романтический пейзаж явно портили две ГАИшные машины на выезде с объездной. Ранним утром прострелы из глушителей в момент сброса оборотов слышались особо звонко и сочно. «Гайцы» с интересом наблюдали за маневрами «шедевра китайского мотоисскуства». Наверное, ночь, проведенная за рулем байка при не очень благоприятных метеоусловиях все-таки притупила внимательность мотоциклиста. Впоследствии он и сам себе не мог объяснить, какого черта он свернул по кольцу налево...

– Эй! Э-е-ей!!! – раздалось сзади и слева.

Сбросив обороты, он повернулся и увидел махавшего ему обеими руками (!!!) ГАИшника.

– Да пошел ты... – было первой мыслью байкера. – Жезлом останавливай. Еще бы из штанов чего достал, чтобы остановить…

Но здравый смысл взял верх и он припарковал мотоцикл на обочине метрах в 40 от «продавцов полосатых палочек».

– И куда мы едем? – с интересом осматривая мот, спросил сержант лет 25-ти.

«В Африку!», – хотел по привычке ответить мотоциклист, но тупые глаза «гайца» отбили охоту. За версту видно было, что с любой шутки он смеется через сутки. И то, если разъяснят, в чем прикол...

– Не знаю. – честно ответил ВЕДЬМАК.

– Что не знаете? – уставившись пустыми глазами, переспросил «гаец».

– Куда вы едете, не знаю.

– Куда я еду? Я никуда не еду…

– Сержант, ты подошел с вопросом: «И куда мы едем?», вот я и отвечаю: «я не знаю, куда вы едете». И второе: что за новый способ остановки – криком и руками? Палки закончились? – и тут аж язык зачесался добавить что-то типа: «продали все?», но вовремя прикусил язык.

На удивление, «гаец» все теми же пустыми глазами посмотрел на мотоциклиста, и честно ответил:

– Та не. Где-то засунул в машине, и не могу найти...

– Это то же самое, что ложку потерять… – опять ляпнул ВЕДЬМАК, и, не дав прийти в себя ГАИшнику от такой наглости, продолжил… – всегда должна иметься запасная. В любой момент могут предложить покушать, и останешься голодный.

– Сними шлем, и давай, шо там у тебя есть.

– Покушать?

– Документы есть?! – по тому, как рявкнул вмиг изменившийся в лице «слуга дорог», стало ясно, что потихоньку до него начал доходить смысл сказанного...

Однако через пару минут, проверив все имеющиеся в наличие доки, сверив номера, он явно заскучал.

– Я вот тоже хочу байк себе. Литровый. Можно без доков. Нет у тебя?

– С криминалом не дружу.

– А причем тут криминал?

– Потому что без доков моты – ворованные. Значит, криминал.

– А ну сними шлем, шо то ты как-то медленно говоришь, «отдыхал», наверное, всю ночь? – при слове «отдыхал» «гаец» щелкнул себя по кадыку.

– Сержант, ты доки смотрел?

– Ну и шо?

ВЕДЬМАК решил ответить в стиле Давида Марковича Гоцмана, подполковника из сериала «Ликвидация»:

– Та ни шо. Вот аткудава я, куды и кудой еду?

ГАИшник автоматически повернулся в сторону объездной, откуда минут 10 назад прикатил мотоцикл.

– Правильна, аттудава – продолжил ВЕДЬМАК, – и еду сюдой туды. С Винницы в Скадовск. Как ты думаешь, какие у мине могуть быть глаза за семь с половиною часов езды ночью, и в дождь?

– А чего сюда на Скадовск? – и указал направление, которым бы двинулся мотоциклист в случае, если бы «гайцы» его не тормознули, – тебе ж на Херсон?

– Ну да, таки на Херсон.

– Так это туда – и указал путь «по кольцу прямо», а не налево, как поехал ВЕДЬМАК. – А это на Днепропетровск и дальше…

«Вот чудеса, – подумал байкер. – Не останови меня эта зараза, сколько бы пришлось накрутить, чтобы понять, что еду не «тудой»?» и озадачено стал крутить головой. До места ближайшего разворота черт знает сколько пилить...

– А можно я тут перескочу через полосу, машин все равно нет...

– Давай, только быстрее – и окликнув по имени второго «гайца», крикнул ему: «Перекрой на пару секунд город и объездную», и, повернувшись к ВЕДЬМАКУ, сказал: «Давай, езжай»...

   Открутив по полной, мотоцикл обогнул кольцо и рванул на Херсон. Близость окончания поездки наполняла радостью грудь и благодарностью своему железному коню. «Умничка, ты мой «Чижик», мой малыш хороший» – нежно погладил бак Mustang’a. Привычка разговаривать с мотоциклом у него появилась давно – еще с далекого 1984 года, когда сопливым юнцом он пришел записываться в секцию мотокросса в этом же, недавно оставшимся за спиной городе Николаеве. Там же вошло в привычку давать своим мотоциклам имена. Этот «китайчонок», что вез его сейчас к отцу, именовался «Чижик», в честь подарившей ему его на день рожденья жены. Ее девичья фамилия была Чиж, а ласково все называли Чижик. Вот и мотоциклу досталось то же имя. Он как будто чувствовал, что от него много чего зависит, и вел себя более чем превосходно.
   Взошло солнце. Родная херсонская земля встретила ВЕДЬМАКА солнцем и теплом. Днепр отливал небесной синевой своих вод. Глядя на это, невозможно было понять – то ли Днепр отражает небесную синеву, то ли наоборот, небо отражает зеркальную гладь реки. «Эх, красота то какая!» – и в желании увидеть все получше, а заодно и размять ноги, мотоциклист поднялся на подножках и, разминая колени, несколько раз поднял и опустил таз. В общем, «покрутил попой». Сразу же сзади раздался сигнал автомобиля а-ля «А кукарача, а кукарача» и обгонявший, полный девчонок, Mini Cooper, запестрел выставленными кулачками с поднятыми вверх пальчиками.
   «Наверное, подумали, что это я им покрутил задницей…» – улыбнувшись, подумал байкер, и, открутив до упора газ, лег на бак. До первого места, где можно остановиться и немного отдохнуть, оставалось порядка 30 км. Неожиданно двигатель заглох, но в ту же секунду раздался визг сигнализации. Так как брелок очень часто подпрыгивая на ухабах, включался, он был снят и изолирован во внутренний карман комбинезона. Но, извернувшись, гад, он таки смог дотянуться своей кнопочкой до чего-то твердого и нажаться. Естественно, он сейчас в кармане, радуется и крутится от радости.

Приняв вправо, заехав за сплошную, ВЕДЬМАК лихорадочно искал брелок.

– Ну где ты зараза, куда я тебя мог всунуть? Ага, есть! – с торжествующим видом мотоциклист выключил «вау-вау». Повернувшись в сторону реки, байкер так и не увидел, как к нему подъехала машина ДПС.

– На мосту нельзя останавливаться! – окрик старшего лейтенанта заставил обернуться.

– Сломался. Починился. Сейчас еду.

– Быстро починился что-то. Только же стал!

– У меня сигналка сработала, двигатель отключился. Кнопка случайно нажалась.

– А-а-а... Мы думали, фотографироваться стал...

– А че, это мысль… – подумал байкер и, подмигнув милиционерам, полез за фотиком во внутренний карман. – Я сейчас, быстро… – и направив, как Волк из «Ну, погоди!» на себя фотик, нажал на спуск.

– Во наглый, а! – констатировал один из «гайцев». – Документы давай.

   После поверки, пожелав счастливой дороги, патруль «умчался восвояси». ВЕДЬМАК, сделав панорамный снимок Днепра и снимок «Чижика» на мосту, отправился к месту первой остановки – в село Большие Копани, где у бабушки прошло его детство, а сейчас ждал у людей очень родных и близких короткий отдых, пару чашек крепкого кофе, и путь к отцу.
   Родная земля встретила солнышком и теплом. То, что погода будет почти летняя, радовало. ВЕДЬМАК устал от мокрой трассы, глаза же, почти в течении всей поездки промывавшиеся дождем, резали, как от сварочного блика. Въехав в село, байкер сбросил скорость. Притормозив у почти незаметного обелиска и оглядевшись по сторонам, ВЕДЬМАК дал короткий сигнал. Не так давно на этом месте погибли две 17-ти летние девчушки на скутере. Потоком воздуха проезжавшей фуры их вытолкнуло прямо под колеса встречного КАМаза. Моментальная смерть. Они, наверное, и сообразить ничего не успели. Скут давно стал в жизни людей чем-то обыденным, и поэтому обилие в селе «сопливых байкеров» на скутерах не удивило мотоциклиста. Удивила схожесть их, так называемой «экипировки»: фуфайки и вязаные шапочки.
   Въехав на улицу детства, мотоциклист тихо катил вдоль сельских заборов. Он знал каждую щель в них в свое время, шныряя то за черешней, то еще за какой ягодой-фруктой. «И чего было красть? Ведь черешня-то самая сладкая была у нас…» – улыбаясь про себя, думал ВЕДЬМАК. А вот и он, дом дяди Коли и тети Светы – родителей его друзей детства – Кольки и Сережки... Встречали так, как встречают только самых близких... Поговорив о том, о сём, выпив пару громадных кружек хорошо заваренного кофе, ВЕДЬМАК направился ко второй остановке из трех запланированных в этот день – в населенный пункт – село Виноградово, в 23-х км от Б. Копаней, где у своей сестры лежал парализованный отец… Наверное, это были самые долгие за весь маршрут километры. Улицу он нашел без труда, и спустя 11,5 часов после выезда из Гайсина, мотоциклист заглушил двигатель перед огромным двором с несколькими жилыми постройками и множеством хозяйственных.

– Хозяева! – громко позвал он. – Теть Неля! Где вы все? Есть кто дома?

    ВЕДЬМАК направился к постройке, напоминающей летнюю кухню. Тяжелый, спертый воздух дал сыну понять – отец здесь. Какой-то шорох за спиной заставил ВЕДЬМАКА повернуться. Это был его двоюродный брат, лет на 8-10 старше за него. Особой радостью глаза брата не светились...

– Привет.

– Жека, ты что ли? – хотя видно было, что узнал сразу.

– Батя где?

– Там, – он кивнул на одну из дверей. – Спит, наверное.

– Он говорит?

– Не-а…

– Слышит?

– Да, и понимает все. Но плохой очень. Не ест ничего, смотрит в потолок и все.

   Папка действительно спал. Но так, что у ВЕДЬМАКА холодок побежал по спине. Скрещенные на груди руки, бледно-желтое лицо, плохо к тому же выбритое, маленькое, худенькое тельце – мало напоминало ему отца…

– Неужто не успел, – лихорадочно пульсировало в голове.

– Чего стоишь? – послышалось сзади. – Буди.

   В этот момент глаза у спящего открылись, и голова медленно-медленно повернулась в сторону Женьки. Какую-то секунду они бессмысленно рассматривали приехавшего, потом взгляд перешел на Сашку и там явно читался немой вопрос. Взгляд вновь перешел на ВЕДЬМАКА, и тот пожалел, что не побрился... Батька ни разу не видел его с бородой... Но стон, который вырвался из груди парализованного, и слезы, которые брызнули из его глаз, показали – узнал! Едва сдерживая слезы, не в состоянии проглотить огромный, горький комок в горле, сын подошел к отцу.

– Ну, привет, папка. Вот я и приехал… – И, прижавшись к небритой отцовской щеке, заплакал так, как могут плакать только мужики – беззвучно, без слез и без содроганий. –

Батяня... Ну ё-моё... Что ж ты, а? Разлегся тут, понимаешь ли... Малые там тоже спрашивают, чего это, мол, дед болеть вздумал? Наверное, на работу не хочет ходить!

Отец смотрел на сына и не верил, что видит его, что вот он рядом, что можно к нему прикоснуться.

– Чего, батя, помирать собрался? А о нас ты подумал? Что, думаешь, что уже никому не нужен, думаешь, что мы тебя забыли? Ты меня слышишь?

Отец кивнул головой.

– Батя, неужели ты думаешь, что мы тебя забыли? Малыши тебя вспоминают, Лена с Андрюшкой. Да вот они у меня есть на фото...

   Достав цифровой фотоаппарат, сын стал показывать отцу семейные фото, фото с мотослетов… Женя долго еще тараторил, рассказывая отцу о сыновьях, о жене, о том, как они узнали, что он болен, и еще о тех тысячах мелочей, которые так было необходимо знать отцу – что его по-прежнему любят и в нем по-прежнему нуждаются. Отцовские глаза, тусклые, блеклые, и ничего не выражавшие в момент приезда сына, сейчас светились огнем стремления к жизни, радостью и самой жизнью.

Зазвонил телефон.

– Папка, здесь Лена на связи. Я подержу трубку...

– Папа, здравствуйте. Это Лена. Папочка, держитесь, Вы нам очень нужны. Мы любим Вас. Поправляйтесь!

Из груди отца вырвался стон и на глазах появились слезы. Он заметался на подушке.

– Жень, чего там? Женя, может не надо расстраивать папу? Папа, не расстраивайтесь... Здесь Андрей хочет поговорить.

Андрей, старший сын ВЕДЬМАКА, говорил как взрослый:

– Дед, выздоравливай. Отбрось все мысли о смерти и живи ради нас. Ты нам нужен! Ты хороший, дед. Я тебя люблю. Все будет хорошо!..

   Батя менялся прямо на глазах. Порозовел, самостоятельно попытался встать, поел. У ВЕДЬМАКА от сердца отлегло... Видно, что бате было плохо из-за отсутствия общения с родными людьми. К тому же, как оказалось, муж тетки был недоволен появлением больного родственника и всеми фибрами своей ничтожной души давал отцу это понять. Пробыв у отца часа три, Женька стал собираться домой. За все время пребывания рядом с отцом, он вел себя так, как будто ничего и не случилось, как будто у отца нет частичного паралича, не было у него инсульта. И все было хорошо. Когда подошло время ехать домой, прощался с отцом ВЕДЬМАК так, как будто не в Винницкую область ехал, а просто переходил через дорогу…

– Прости батя, но время мне ехать. Ты тут смотри, без фокусов, я скоро еще приеду....

Женька подошел к отцу, обнял его, поцеловал в щеку и пошел к двери. На пороге обернулся, посмотрел отцу в глаза и сказал:

– Слушай батя, я как буду отъезжать – дам сирену... Для тебя...

   Проезжая через село, мотоциклист случайно попал на улицу, где прошло какое-то время его далекого детства. Вот она – ПМК 156, напротив которой когда-то стоял барак, в котором жил маленький ВЕДЬМАК с матерью и сестрой. Что-то запекло в груди. Больше 30-ти лет он не видел этих мест… Дальше был Скадовск, кратковременные встречи с другом Ваней Янчишиным и его семьей, сестрами. Были горевшие глаза Ваниного сынишки и робкое:

– Дядь Жень, а дядь Жень... А можно мне на мотоцикл сесть? Я очень аккуратно, честное слово...

   Был и пробитый задний скат, и перегоревшие лампочки габаритов, ночевка в Б. Копанях и дорога домой под проливным дождем в течение всего пути. Были опять «гайцы» (а куда же без них). Не один раз вспоминал он Сашку ХУДОЖНИКА и его слова:

– Дядько, в тебе розум є? Ти дивися, що робиться на вулиці! Дивися, який дощ! Короче, давай так – зараз їдемо на автовокзал, я тобі купляю квитки у два кінця, и ти їдеш автобусом.

– Нет, Сашка, спасибо, я на «Чижике» быстрее доберусь.

Находящиеся в то время рядом Петрович, Макс Аngel и Derik только головами покачали. Мол, бесполезно, решил на моте – значит, поедет на моте.

   Дорога обратно заняла на 4,5 часа меньше времени, чем туда. Из положительного был фактор поездки днем, а не ночью. Дождь лил еще сильнее, и большую часть пути ВЕДЬМАК проехал со слегка повернутым в сторону шлемом – так ветер сдувал капли дождя с визира. В Гайсин въехал уже в глупую темень. Остановившись на базе и достав мобилу, отзвонился ХУДОЖНИКУ:

– Санька, привет, тут такая ситуация... В общем, надо чтобы ты подъехал...

– Нема базару, старенький! Зараз буду! Ти де? Причіп брати? Що зламалось?

ВЕДЬМАК улыбнулся. Такой был Сашка – готовый пулей «вылететь» на помощь, куда бы то ни было.

– Не надо, я уже на базе.

– В Гайсине?

– Да, Сашка. Все нормально.

   Попив горячего чая, поговорив с Сашкой о пути туда/сюда, Женька тронулся в путь на Ладыжин, где его ждала семья. Получив дома нагоняй от супруги (за время пути назад ни разу не позвонил!), он мысленно возвращался к дороге – тем 1113-ти км, пройденных им за 19 часов. Прокручивая вновь и вновь пройденный путь, вспоминая встречи на дороге, дождь, «гайца» с Уманской объездной, драйвера с «фуры», нерадивых водителей, не раз ослеплявших его, Женька так и уснул. И снился ему в ту ночь тот же путь, те же люди. И отец. Такой, как был раньше – улыбчивый и веселый. И немного грустный. И что время летит стрелой, и они всей семьей приехали к нему на Рождество...

Эпилог:

Эта поездка дала возможность увидеть отца. И это было в последний раз, когда ВЕДЬМАК видел его живым…

PS. Все события, действующие лица и персонажи данного рассказа, населенные пункты и их названия – реальны.

Текст: Евгений Максименко
Полный вариант статьи на сайте motoua.net